Круглый стол на тему: "Встреча Дональда Трампа и Си Цзиньпина в Пекине: биполярность или чимерика?".
Участники:
- генеральный директор Российского совета по международным делам Иван ТИМОФЕЕВ;
- эксперт Международного дискуссионного клуба "Валдай", американист Андрей КОРТУНОВ;
- директор Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Василий КАШИН;
- заведующий Кафедрой прикладного анализа международных проблем МГИМО МИД России Игорь ИСТОМИН.
13-15 мая состоялся государственный визит президента США в Китай, ранее запланированный на конец марта и перенесенный в связи с кризисом на Ближнем Востоке. С момента приглашения Дональда Трампа в КНР в октябре 2025 года изменилось многое, но главное — позиции сторон.
В начале года Трамп планировал приехать на встречу с Си Цзиньпином как триумфатор, успешно реализовавший операцию в Венесуэле и "завершивший" несколько войн. Сегодня его положение намного скромнее. Операцию против Ирана называют успешной, пожалуй, только сами представители американской администрации. В преддверии выборов в конгресс рейтинги президента падают. КНР, в свою очередь, заняла устойчивую позицию в конфликте и только приобрела имиджевые очки.
Какие задачи ставят перед собой лидеры Китая и США в рамках текущих переговоров? Какое значение саммит имеет в более широком контексте китайско-американского соперничества? Что означает встреча Трампа и Си для российско-китайского партнерства?
Участники:
- генеральный директор Российского совета по международным делам Иван ТИМОФЕЕВ;
- эксперт Международного дискуссионного клуба "Валдай", американист Андрей КОРТУНОВ;
- директор Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Василий КАШИН;
- заведующий Кафедрой прикладного анализа международных проблем МГИМО МИД России Игорь ИСТОМИН.
13-15 мая состоялся государственный визит президента США в Китай, ранее запланированный на конец марта и перенесенный в связи с кризисом на Ближнем Востоке. С момента приглашения Дональда Трампа в КНР в октябре 2025 года изменилось многое, но главное — позиции сторон.
В начале года Трамп планировал приехать на встречу с Си Цзиньпином как триумфатор, успешно реализовавший операцию в Венесуэле и "завершивший" несколько войн. Сегодня его положение намного скромнее. Операцию против Ирана называют успешной, пожалуй, только сами представители американской администрации. В преддверии выборов в конгресс рейтинги президента падают. КНР, в свою очередь, заняла устойчивую позицию в конфликте и только приобрела имиджевые очки.
Какие задачи ставят перед собой лидеры Китая и США в рамках текущих переговоров? Какое значение саммит имеет в более широком контексте китайско-американского соперничества? Что означает встреча Трампа и Си для российско-китайского партнерства?